ЕЛЕКТРОННА БІБЛІОТЕКА ЮРИДИЧНОЇ ЛІТЕРАТУРИ
 

Реклама


Пошук по сайту
Пошук по назві
книги або статті:




Замовити роботу
Замовити роботу

Від партнерів

Новостi



Алфавитный указатель по авторам книг

> Книги по рубрикам >
Книги > Ч > Труды по гражданскому праву - Черепахин Б.Б.

Алфавiт по авторам :
| 1 | 2 | 6 | 8 | А | Б | В | Г | Д | Е | Ж | З | И | К | Л | М | Н | О | П | Р | С | Т | У | Ф | Х | Ц | Ч | Ш | Щ | Э | Ю | Я |


Труды по гражданскому праву - Черепахин Б.Б.

ОРГАНЫ И ПРЕДСТАВИТЕЛИ ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА


Деятельность всякого юридического лица осуществляется людьми. Без людского состава, так или иначе организованного, не может существовать и действовать никакое юридическое лицо. Деятельность юридического лица, независимо от того, к какому типу оно относится, проявляется в совокупности служебных действий его работников, в том числе его органов. Вместе с тем только от последних могут исходить внешние волевые акты юридического лица: сделки, процессуальные акты и другие правомерные юридические действия[см. сноску 1].

Органами юридического лица – государственной, кооперативной или общественной организации являются лицо (гражданин) или группа лиц, образующих и (или) изъявляющих его волю в целом или в определенном частном направлении. В этом смысле можно различать органы общей и специальной компетенции.

Каждое юридическое лицо может иметь один или более органов, среди которых всегда выделяется орган, возглавляющий юридическое лицо и представляющий его вовне. Этот орган является носителем сделкоспособности юридического лица. Именно его имеет в виду ч. 1 ст. 28 ГК РСФСР, согласно которой: «Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в пределах прав, предоставленных им по закону или уставу (положению)».

Понятие органа юридического лица, в том числе государственного производственного предприятия, отнюдь не тождественно понятию его администрации, которое охватывает совокупность всех его должностных лиц, руководящих предприятием в целом и его отдельными частями. В состав администрации входят директор, главный инженер, заместители и помощники директора, начальники цехов, служб, производств, хозяйств, старшие мастера, мастера, начальники участков и других звеньев предприятия[см. сноску 2].

Приведенный перечень показывает, что речь идет о лицах, осуществляющих управленческие функции внутри предприятия и его подразделений. Руководящий орган юридического лица наряду с актами внутреннего управления предприятием совершает также внешние акты предприятия, учреждения, организации как юридического лица, направленные на возникновение, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей, а равно и на их осуществление и защиту.

Органы юридического лица отнюдь не однородны по своей компетенции и по своей конструкции и составу.

По своей компетенции различаются органы волеобразующие и изъявляющие волю, представляющие юридическое лицо вовне, и органы, образующие волю юридического лица по определенному кругу вопросов, в частности контрольно-ревизионные органы. Эти и им подобные органы, как правило, изъявляют свою волю лишь внутри юридического лица, обращая свои суждения к другим органам юридического лица или к отдельным его работникам. В этой связи можно различать представляющие и непредставляющие органы. Именно органы, представляющие юридическое лицо вовне, сопоставляются в настоящей статье с его представителями.

По своей конструкции (составу) различаются органы единоличные и коллегиальные. Для последних характерным является не столько их количественный состав, сколько решение всех вопросов совместно, а в случае расхождения в суждениях – по большинству голосов. Единоличный орган принимает решения единолично и осуществляет единоначальное руководство деятельностью юридического лица. Единоначалие в управлении социалистическим предприятием сочетается с широким вовлечением в управление профсоюзных и других общественных организаций[см. сноску 3].

Если имеется также коллегиальный совещательный орган, то единоличный возглавляющий (руководящий орган) (начальник директор, управляющий) принимает решения единолично, но с учетом суждения совещательного органа, который, как правило, возглавляется тем же единоличным органом в качестве председателя.

Иное соотношение между общим собранием (собранием уполномоченных), правлением и председателем в кооперативных и иных общественных организациях. Эти органы обладают самостоятельной компетенцией и находятся в определенном подчинении один другому.

При этом в качестве представительных органов выступает правление организации и, в известных пределах, председатель правления[см. сноску 4], а в сельскохозяйственной артели – ее правление и председатель[см. сноску 5]. Общее собрание (собрание уполномоченных) является высшим органом кооперативной (общественной) организации, но не представляет его вовне.

Волевым актам руководящего органа юридического лица, представляющего последнее во внешних отношениях, в том числе при совершении сделок, предшествуют и сопутствуют волевые акты внутреннего характера, в которых проявляется деятельность всего коллектива работников юридического лица и коллективов его подразделений. Можно признать, что этими актами обеспечиваются экономические предпосылки внешних волевых актов. Однако только в последних, а не во внутренней деятельности (внутренних волевых актах) проявляется гражданская правосубъектность юридического лица (в том числе государственного промышленного предприятия).

Для внешних волевых актов, в т.ч. для сделок юридического лица, эти предшествующие им или следующие за ними волевые акты имеют соответственно подготовительное или исполнительное значение. Однако, вопреки мнению В.А. Мусина[см. сноску 6], они юридически отнюдь не представляют единого целого с внешними актами. К тому же деятельность предприятия, направленная на исполнение обязанностей, принятых предприятием по договору поставки, обычно, а по договору подряда на капитальное строительство (также перевозки грузов) всегда сопутствует, а не предшествует заключению соответствующего хозяйственного договора.

Проведенный В.А. Мусиным интересный анализ касается коллективного волевого акта, направленного на выполнение производственного плана предприятия, а не на заключение хозяйственных договоров и тем более не на заключение каждого отдельного договора поставки, подряда на капитальное строительство и т.п.

По этим соображениям нельзя считать доказанным утверждение, что эти внутренние волевые акты представляют единое сложное целое с внешними актами юридического лица. Сам В.А. Мусин правильно отмечает, что «предприятие выступает как юридическое лицо именно на тех стадиях волевого процесса, когда оно становится участником гражданско-правовых отношений» (с. 69). На этих стадиях оно, как известно, выступает в лице своего органа или уполномоченных им представителей.

Единоличный орган может включать также заместителей руководителя юридического лица. Вместе с руководителем они не образуют коллегиального органа и не нарушают единоначального руководства. В пределах своей компетенции, закрепленной в законе (уставе, положении), заместители руководителя входят в состав руководящего органа.

Объем и содержание компетенции заместителя в части, предусмотренной в законе (уставе, положении), не зависит от усмотрения единоличного руководителя юридического лица и не нуждается в его подтверждении. Так, например, на основании ч. 2 ст. 91 Положения о социалистическом государственном производственном предприятии от 4 октября 1965 г.: «Заместители директора предприятия в пределах своей компетенции действуют от имени предприятия, представляют предприятие в других учреждениях и организациях, могут совершать хозяйственные операции и заключать договоры без доверенности, а также выдавать доверенности работникам предприятия».

Указание ст. 92 Положения на то, что компетенция заместителя директора устанавливается директором предприятия в соответствии с законодательством Союза ССР и союзной республики означает лишь возможность детализации этой компетенции, в основных чертах закрепленной в уставе предприятия.

Служебные волевые акты заместителя руководителя юридического лица, как внутренние, так и внешние, до их отмены последним имеют полную юридическую силу. Внешние служебные волевые акты заместителя, даже совершенные за пределами его компетенции, действительны в отношении добросовестных третьих лиц, которые не знали и не должны были знать о том, что данный акт выходит за пределы должностной компетенции заместителя или противоречит указаниям руководителя юридического лица. Этим, в частности, положение заместителя директора особенно существенно отличается от положения представителя, действующего по доверенности руководителя юридического лица. Полномочия представителя всегда точно определяются выданной ему доверенностью, которая может быть в любое время отменена доверителем (ст. 69 ГК).

Только от органов юридического лица, представляющих его вовне, могут исходить внешние юридические акты, в том числе сделки, процессуальные акты и другие целенаправленные правомерные юридические действия. Только через эти органы юридическое лицо реализует свою дееспособность (сделкоспособность).

Орган юридического лица может совершать юридические акты лично своими волеизъявлениями или через других лиц, уполномоченных на выступление от имени юридического лица (представителей).

При этом выступление органа юридического лица от имени руководимого им предприятия (учреждения, организации) существенно отличается от деятельности представителя. В лице своего органа совершает правомерные юридические действия, в том числе сделки, и выступает на суде и в арбитраже в качестве истца, ответчика или третьего лица – само юридическое лицо.

В ст. 16 ГК РСФСР 1922 г. было сказано, что юридические лица участвуют в гражданском обороте и вступают в сделки через посредство своих органов или через своих представителей. В ч. 1 ст. 28 действующего ГК РСФСР нет упоминания о представителях, но с той же определенностью сказано, что юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в пределах прав, предоставленных им по закону или уставу (положению). Следует признать, что в этой статье имеется в виду приобретение прав и обязанностей путем целенаправленных правомерных юридических действий. Это явствует, в частности, из слов «приобретают», «принимают», которые могут относиться именно к сделкам и другим правомерным юридическим актам, но не к правонарушениям.

Разумеется, в известном смысле можно считать, что и орган представляет[см. сноску 7] юридическое лицо, которое в его лице совершает правомерные юридические действия: сделки, процессуальные действия и т.д. Однако ни в коем случае нельзя сказать, что орган представительствует от имени юридического лица.

Представителями юридического лица являются лица (граждане или юридическое лицо), уполномоченные органом юридического лица (добровольное представительство) или наделенные соответствующим полномочием в силу закона (обязательное представительство).

Изложенная точка зрения относительно органов и представителей принята рядом цивилистов и процессуалистов[см. сноску 8]. Так, К.С. Юдельсон считает ошибочным признание выступления органа юридического лица на суде выступлением представителя и обращает внимание на то, что «выступление в суде органа юридического лица есть участие самой организации в лице своего органа, призванного вырабатывать и осуществлять волю учреждения или коллектива». Та же точка зрения выражена А.Ф. Козловым, который правильно считает, что «ведение дела органом юридического лица (директором, управляющим, председателем колхоза и т.д.) не является судебным представительством, так как в суде участвуют само учреждение, предприятие, организация в лице своего органа».

С другой стороны, в науке представлена и противоположная точка зрения. Еще И.В. Шерешевский считал орган юридического лица его законным представителем[см. сноску 9]. Первоначально этого взгляда придерживался также С.Н. Братусь, который в 1944 г. рассматривал органы в качестве уставных представителей юридических лиц[см. сноску 10]. Впоследствии С.Н. Братусь признал, что «действия органа являются действиями самого юридического лица, поскольку формирование и осуществление его воли воплощено в предусмотренной уставом или положением деятельности этого органа»[см. сноску 11]. Уставным представительством считает выступление органа от имени юридического лица С.Н. Ландкоф[см. сноску 12]. На материале гражданского процесса тот же взгляд развивает Д.М. Чечог, который считает органы законными представителями юридических лиц. Он признает теоретически ошибочным и практически вредным отождествление органа юридического лица в лице его руководителя с самим юридическим лицом, являющимся стороною или третьим лицом[см. сноску 13].

Эти категорические суждения Д.М. Чечот основывает главным образом на тексте ст. 16 ГПК РСФСР 1923 г., которая относила к представителям сторон также руководителей коллективов по делам своего коллектива. Как известно, правильно сформулировано положение органов юридического лица в ст. 43 ГПК РСФСР, в которой сказано, что «дела юридических лиц ведут в суде их органы, действующие в пределах полномочий, предоставленных им законом, уставом или положением, либо их представители». Таким образом, ст. 43 ГПК разграничивает выступление в суде органов юридического лица, с одной стороны, и их представителей – с другой. Следовательно, этот легальный аргумент в настоящее время отпал. Не более убеждает и рассуждение о том, что руководителя учреждения нельзя признать стороною в споре, который должен разрешить суд, так как стороною всегда является само юридическое лицо. Это последнее положение не вызывает возражений, но такого отождествления и не требуется, так как в лице органа выступает само юридическое лицо, а отнюдь не орган как таковой.

В равной мере без достаточных оснований стираются различия между органом и представителем юридического лица О.Н. Садиковым[см. сноску 14], который предлагает отказаться от трактовки работников юридического лица в качестве его гражданско-правовых представителей, выступающих в гражданском обороте на основании доверенности.

Таким образом, выступление юридического лица в лице его работника, например, юрисконсульта или экспедитора, оказывается приравненным к выступлению в лице его органа. Следовательно, и указанное понимание стирает грань между органом и представителями юридического лица. Это мнение нельзя признать убедительным. Только при совершении сделок или иных юридических актов от имени юридического лица его работники рассматриваются в качестве представителей последнего. С другой стороны, выполняя свои служебные обязанности, работники юридического лица, являющиеся и не являющиеся его представителями, осуществляют деятельность юридического лица. Если этой деятельностью причинен противоправный вред третьим лицам (в договорных и внедоговорных отношениях), за этот вред несет ответственность юридическое лицо, как за свои действия.

Вина работников юридического лица, выполнявших свои трудовые (служебные или членские) обязанности, является виной самого юридического лица (см. ч. 3 ст. 88 Основ гражданского законодательства и ст. 445 ГК РСФСР).

Иначе следует решать вопрос о совершении сделок и других юридических актов от имени юридического лица. Как уже сказано, такие акты вправе совершать только орган юридического лица, что зафиксировано в ст. 28 ГК РСФСР. Орган юридического лица вправе совершать эти акты лично или через представителей, уполномоченных в установленном порядке. Последними могут быть как работники юридического лица, так и другие граждане и юридические лица.

Уполномочие это должно быть выражено в словесной, как правило, письменной форме, и так или иначе доведено до сведения третьих лиц, в отношении которых представителем должно быть совершено от имени юридического лица соответствующее юридическое действие (сделка, процессуальный акт и т.п.). Уполномочие может быть также выявлено поставлением работника в такую обстановку, из которой для третьих лиц явствует представительский характер его деятельности (ч. 2 ст. 62 ГК РСФСР).

Назначение на должность, связанную с выполнением представительской деятельности от имени юридического лица (например, юрисконсульта, продавца, кассира и т.п.), само по себе не заменяет уполномочия.

Следует учитывать особенности представительской деятельности работников юридического лица, осуществляемой от имени последнего. Эти особенности относятся преимущественно к внутренней стороне отношений представительства, которая основывается на трудовом договоре. Для работника юридического лица, выступающего от имени последнего, это выступление является выполнением его трудовой обязанности. В этом смысле правильно отмечено О.Н. Садиковым[см. сноску 15] несоответствие трудовым обязанностям ч. 2 ст. 69 ГК РСФСР, которая не только предоставляет лицу, которому выдана доверенность, право отказаться от нее, но и объявляет недействительным соглашение об отказе от этого права. Следует признать, что при определенных внутренних отношениях между представителем и доверителем отказ от доверенности может явиться нарушением трудовых служебных обязанностей и повлечь при соответствующих условиях установленную ответственность за их нарушение.

Вхождение работников юридического лица в трудовой коллектив предприятия отнюдь не означает растворение его правосубъектности в правосубъектности предприятия как юридического лица[см. сноску 16]. Поэтому выдача работнику доверенности на совершение от имени юридического лица сделок и иных правомерных юридических действий не только не является противоестественной, но даже необходима, поскольку только орган юридического лица вправе совершать эти акты своими волеизъявлениями.

Теоретически допустимо заменить доверенность иным документом, удостоверяющим представительный характер служебной деятельности данного работника, содержание и объем его полномочий. Только при этом обязательно должны быть учтены интересы добросовестных третьих лиц, облегчено для них выяснение наличия, содержания и объема полномочий работника, выступающего от имени юридического лица. Этому прежде всего служит стандартизация документов, удостоверяющих факт, содержание и объем полномочия. Именно исходя из этих соображений не следует отказываться от действующих положений о выдаче доверенности.

Вместе с тем следует признать заслуживающим внимания предложение О.Н. Садикова[см. сноску 17] об отмене обязательности совершения передоверия в нотариальной форме (ч. 2 ст. 68 ГК РСФСР) для тех случаев, когда получивший доверенность работник юридического лица передоверяет свои полномочия другому лицу.

Однако совершение передоверия без нотариального удостоверения следует допустить только при условии удостоверения передоверия организацией, которой выдана основная доверенность. Для случаев передоверия, совершаемых за пределами места нахождения юридического лица, то есть не в месте нахождения его постоянно действующего органа (ст. 30 ГК РСФСР), следует сохранить обязательность нотариального удостоверения для обеспечения во всех случаях соблюдения требований ч. 1 ст. 68 ГК РСФСР относительно условий допустимости передоверия. Между тем потребность в передоверии возникает преимущественно во время нахождения работника в командировке в другом городе.

Эти акты, оставляя простор для инициативы и учета местных условий, позволяют выбрать оптимальные формы управления и правильно построить внутрифирменные отношения.

Объем прав объединенного предприятия вряд ли всегда будет совпадать с правами автономного предприятия. Ему нужен ряд прав объединения. Как правильно отмечалось в литературе, нужны специальные нормы в дополнение к Положению о предприятии, определяющие круг прав объединенного предприятия, взаимоотношения входящих в объединенное предприятие фабрик и заводов[см. сноску 18]. Одной из таких норм может служить норма, предусматривающая возможность предоставления министерством (ведомством) крупным объединенным предприятиям типа концерна прав объединения.

Издание ряда правовых актов, регулирующих деятельность объединений и объединенных предприятий, будет способствовать совершенствованию управления промышленным производством, развитию и укреплению объединений.

Печатается по:
Б.Б. Черепахин.
Органы и представители юридического лица //
Ученые записки ВНИИСЗ. М., 1968. Вып. 14.
СОДЕРЖАНИЕ

--------------------------------------------------------------------------------

[1] Б.Б. Черепахин. Волеобразование и волеизъявление юридического лица («Правоведение», 1958, № 2, с. 43 и сл.).

[2] «Хозяйственное право», под ред. В.В. Лаптева, «Юридическая литература», m., 1967, с. 57.

[3] См., например, ст. 96–102 Положения о социалистическом государственном производственном предприятии от 4 октября 1965 г.

[4] См., например, п. 33 Примерного устава потребительского общества («Сборник уставов организаций потребительской кооперации, изд. Центросоюза, М., 1963, с. 3); п. 24 Примерного устава Райпотребсоюза (там же, с. 38); п. 25 Примерного устава областного, краевого, республиканского союза потребительских обществ (там же, с. 62); п. 35 Устава Центросоюза (там же, с. 93); п. 33 Примерного устава жилищно-строительного кооператива, утвержденного постановлением Совета Министров РСФСР от 5 октября 1962 г. № 1395 (СП РСФСР, 1962, № 21, ст. 103).

[5] См. п. 21 и 22 Примерного устава сельскохозяйственной артели (СЗ СССР, 1935, № 11, ст. 82).

[6] В.А. Мусин. Волевые акты государственных предприятий и проблема сущности юридического лица («Правоведение», 1963, № 1, с. 69).

[7] Так, например, в ч. 2 ст. 90 Положения о социалистическом государственном производственном предприятии (СП СССР, 1965, № 19–20, ст. 155) сказано, что «директор предприятия без доверенности действует от имени предприятия, представляет его во всех учреждениях и организациях...», а в ч. 2 ст. 91 того же Положения сказано, что «заместители директора предприятия в пределах своей компетенции действуют от имени предприятия, представляют предприятие в других учреждениях и организациях, могут совершать хозяйственные операции и заключать договоры без доверенности...».

[8] О.С. Иоффе. Советское гражданское право, изд. Ленинградского университета, 1958, с. 160; И.Б. Новицкий («Советское гражданское право», т. I, Госюриздат, М., 1959, с. 189); В.А. Рясенцев («Советское гражданское право», т. I, «Юридическая литература», М., 1965, с. 223); Я.А. Куник («Советское гражданское право», Госюриздат, 1961, с. 81); К.С. Юдельсон. Советский гражданский процесс, Госюриздат, М., 1956, с. 96; А.Ф. Козлов, («Советское гражданское процессуальное право», под ред. К.С. Юдельсона, «Юридическая литература», М., 1965, с. 102, 107).

[9] И.В. Шерешевский. Представительство (Поручение и доверенность), изд. «Право и жизнь», М., 1925, с. 6.

[10] «Гражданское право», т. I, Юриздат, М., 1944, с. 213.

[11] С.Н. Братусь. Субъекты гражданского права, Госюриздат, М., 1950, с. 201, 204 и сл.

[12] С.Н. Ландкоф. Основы цiвiльного права, Видавництво «Радянська школа», Киïв, 1948, с. 123; также в учебнике «Радянське право», Видавницство Киïвського унiверсiтету, 1967, с. 150.

[13] Д.М. Чечот. Участники гражданского процесса, Госюриздат, 1960, с. 145.

[14] О.Н. Садиков. Некоторые положения теории советского гражданского права («Советское государство и право», 1966, № 9, с. 15–24).

[15] О.Н. Садиков. упом. соч., с. 17.

[16] О.Н. Садиков. упом. соч., с. 16.

[17] Там же, с. 17.

[18] Мозалевский. упом. соч.


Головна сторінка  |  Література  |  Періодичні видання  |  Побажання
Розміщення реклами |  Про бібліотеку


Счетчики


Copyright (c) 2007
Copyright (c) 2022