ЕЛЕКТРОННА БІБЛІОТЕКА ЮРИДИЧНОЇ ЛІТЕРАТУРИ
 

Реклама


Пошук по сайту
Пошук по назві
книги або статті:




Замовити роботу
Замовити роботу

Від партнерів

Новостi



Алфавитный указатель по авторам книг

> Книги по рубрикам >
Книги > К > Практична філософія та правовий порядок: Збірка наукових статей. - Кривуля О. М. , Харків 2000

Алфавiт по авторам :
| 1 | 2 | 6 | 8 | А | Б | В | Г | Д | Е | Ж | З | И | К | Л | М | Н | О | П | Р | С | Т | У | Ф | Х | Ц | Ч | Ш | Щ | Э | Ю | Я |


Практична філософія та правовий порядок: Збірка наукових статей. - Кривуля О. М. , Харків 2000

В.А.Абашник (Харьков-Йена, ФРГ) Назначение полиции в системе «харьковского полицейского законодательства» Л. Г. К. Якоба


1. Якоб как философ, психолог, правовед и политэконом

Ни один университет в Европе в 19-м веке, кроме Харьковского, не имел такой счастливой случайности сразу же после открытия призвать в свои ряды авторитетов европейской философской и правовой науки. Наряду со знаменитым профессором теоретической и практической философии Иоганном Баптистом Шадом (1758-1834), работавшем в Харькове с 1804 по 1816 год, к ним относится и Людвиг Генрих Конрад Якоб (1759-1827), бывший профессором дипломатики и политической экономии в Харьковском университете с 1807 по 1809 год.

Вместе с Карлом Леонгардом Рейнгольдом, Якоб был одним из первых философов Германии, которые ухватили сущность критической философии Канта. Если Рейнгольд сделал Йену и ее университет центром кантианства, где он преподавал до прихода Фихте в 1794 году, то Якоб способствовал распространению критической философии в святая святых вольфианства - в университете соседнего Галле. Правда, первый занимался главным образом теоретической философией, а Якоб посвятил множество сочинений различным аспектам критической философии. Уже в 1786 году он публикует объемистый труд «Проверка сочинения Мендельсона «Утренние часы»», приложение к которому в виде обширной статьи написал сам Кант. Затем следуют: «Прологомена к практической философии» (1787), «О моральном чувстве» (1788), «Основы всеобщей логики и метафизики» (1788), «Доказательство о бессмертии души из понятия долга» (1790), «О моральном доказательстве бытия бога» (1791), «Философское учение о нравственности» (1794), «Всеобщая религия» (1797) и др. В середине 90-х годов, благодаря деятельности Якоба, Галле становится оплотом кантианства во всей Германии. В течение трех лет (1795-1797) он издает «Анналы философии», в которых публикуются рецензии на философские, теологическое и литературные произведения, а также его собственные статьи, и которые направлены, главным образом, против «чересчур усердных продолжателей» критической философии Канта. Под последними Якоб и истинные кантианцы подразумевали

новоиспеченных идеалистов, во главе которых с 1794 года становится Фихте, а их центром - соседний университет в Йене. Но не только критической философией занимается Якоб в это время. Он известен в Германии еще как переводчик французских и английских классиков. В 1790/1 годах Якоб издает трехтомный перевод сочинения Давида Юма «О человеческой природе», в 1797 году извлечения из популярного «Словаря» Пьера Бейля, в 1804 году перевод знаменитого Кабаниса «Трактат о человеческой жизни и морали», в.предисловии к которому он поместил свое сочинение «О границах физиологии и антропологии». Психологическим вопросам была также посвящена его более ранняя книга «Основы опытного учения о душе» (1791).    

С конца 90-х годов, не в последнюю очередь из-за «идеалистического натиска» со стороны сначала Фихте, а затем Шеллинга и Шада, лекции и семинары которых привлекали все больше и больше студентов в Йену, сфера интересов Якоба смещается от философии к праву и политэкономии. Еще в 1795 году Якоб опубликовал «Философское учение о праве или естественное право», в 1801 году появляется его «Теория и практика государственного хозяйства», в 1803 году перевод из Торстона «О денежном кредите в Великобритании», в 1807 году перевод Ж. Б. Сея «Политико-экономический трактат», и уже позже - «Элементы политэкономии» (1824) Дж. Милля. Благодаря этим и другим работам в начале 19-го века Якоб становится одним из важнейших сторонников Рикардо и Адама Смита, которого он называет «отцом национальной экономии» и в духе которого написано также исследование Якоба «Основоположения национальной экономики» (1805). Уже здесь он разрабатывает свою оригинальную концепцию государственного хозяйства, отдельные аспекты которой будут позже представлены в его «Харьковском полицейском законодательстве» (1809). Отметим, что в этих и других работах Якоб высказывает критическое отношение к направлению физиократов (в том числе и к позиции основателя этого направления, знаменитого Квисная, хотя эта критика не всегда справедлива), а также относительно отдельных положений Роберта Т. Мальтуса, Д. Рикардо и др.

После поражения Пруссии в войне с Наполеоном Якоб принимает в 1807 году приглашение из Харькова и, несмотря на то, что преподает здесь дипломатику и политэкономию, он также публикует на русском и немецком языках учебники по философским дисциплинам, написанные в духе Канта, причем очень доступно для семинаристов и студентов. Среди них следует выделить «Основы общей логики» (1810) и «Подробное объяснение основ общей логики» (1810) на немецком языке, далее «Курс философии для гимназий Российской Империи» в шести частях, куда вошли «Начертание всеобщей логики» (1811), «Начертание всеобщей грамматики» (1812), «Начертание психологии» (1814), «Начертание нравственной философии» (1816), «Начертание эстетики, или науки вкуса» (1813) и «Начертание умозрения словесных наук» (1813). Именно по этим учебникам, наряду с логикой и естественным правом Шада, велось преподавание не только в Харьковском университете и заведениях этого учебного округа (от Нежина и Херсона до Воронежа и Краснодара, от Курска и Белгорода до Таганрога и Одессы), но и в некоторых других (в том числе духовных) учебных заведениях Киева, Петербурга, Москвы, Тобольска и т.д.

В 1809 году Якоб отправляет свое сочинение «О бумажных деньгах в России» самому Императору Александру I, который был настолько восхищен идеями харьковского профессора, что немедленно вызвал его в Санкт-Петербург и зачислил своим указом в законодательную и финансовую комиссию, которую возглавлял тогда князь М.М. Сперанский (1772-1839), автор известного «Введения к Уложению государственных законов» (1809). Здесь Якобу представился уникальный шанс воплотить свои теоретические взгляды в реальные законы. Он разрабатывает финансовый и уголовный кодекс, принимает активное участие в обсуждении различных законов. Его сочинение «О работе крепостных и свободных крестьян в отношении пользы землевладельцев» было удостоено в 1814 году высшей премии Свободного императорского экономического общества. Именно в этой работе Якоб впервые в Российской империи открыто выступил против крепостничества, показав и доказав насколько выгоднее государству свободная деятельность крестьян. И все же объективные обстоятельства помешали Якобу осуществить свои далеко идущие планы. Сначала в результате интриг в марте 1812 года был смещен со своего поста Сперанский, после чего его своенравный заместитель барон фон Розенкампф фактически устранил Якоба от исполнения основных функций в комиссии. Далее, после 1816 года, т.е. после неудачных попыток российского императора создать Святой Альянс в Европе, к власти пришла реакция, которую возглавил печально известный министр духовных дел и просвещения князь Голицын, и которая свои усилия направила, главным образом, против всего иноземного. Одним из результатов этих событий в Российской империи было также удаление Й.Б. Шада в декабре 1816 года из Харькова, а также последующие увольнения профессоров в Москве, Казани и Санкт-Петербурге. Наблюдая такой поворот изнутри, из столицы, Якоб не видел дальнейшей возможности для продолжения своей деятельности в Санкт-Петербурге и с удовольствием принял в 1816 году приглашение на должность профессора наук о государстве во вновь открытый прусский университет в Галле, где он позже также избирался несколько раз ректором и успешно преподавал до самой смерти в 1827 году.

Уже после отъезда Якоба, в Санкт-Петербурге в 1817 были изданы на русском языке его «Естественное и народное право» и «Курс политической экономии» (также под названием «Народное хозяйство»), являвшиеся одновременно седьмой и восьмой частью вышеназванного курса философии. Среди его главных сочинений этого периода были «Уголовный кодекс для Российской Империи» (1818), «Введение в изучение наук о государстве» (1819), «Учение о государственных финансах» (1821), «Основы науки о торговле для государственных ученых» (1828). Даже занимаясь в этот период правовыми и экономическими вопросами, Якоб все же отмечал ведущую роль философии в обширном понимании для всех без исключения наук, что видно из его следующего высказывания: «Все науки обретают свое завершение в основоположениях и понятиях, которые могут получить обоснование и совершенство от философии. Философия придает ясность, порядок и основательность человеческому познанию. Поэтому тот, кто исследует науки о государстве до их первых оснований и желает уяснить их ценность, не может не нуждаться в изучении философии».

В завершение добавим, что по учебникам Якоба в конце 18-го и в начале 19-го века велось преподавание не только в немецких государствах, вУкраине и России, но также в Польше, Дании и Венгрии, а его книги были переведены на венгерский, французский, датский, польский и другие европейские языки.

2. Структура «Харьковского полицейского законодательства» Якоба

Сочинение Якоба «Основоположения полицейского законодательства и полицейских учреждений» вышло в Харькове на немецком языке в 1809 году в двух книгах, а затем уже после его смерти было напечатано вторым изданием в одном томе в Галле (1837). Прежде чем рассмотрим определение Якобом понятия и основных функций полиции и полицейских учреждений в государстве, следует кратко представить это произведение, о котором автор в предисловии говорит, что оно «...есть первый плод моей музы в Харькове.» Состоит оно из вступления с пятью вводными главами и двух основных разделов. Во вступлении автор раскрывает понятие и сферу влияния полиции в государстве, далее в пяти небаяьЫих главах- -' назначение и цель государства, средства для достижения этой'целй, институт полиции и его деятельность; наконец, представлен также небольшой обзор основной немецкоязычной литературы по проблематике полиции. Первый раздел «Спо-собстйование цели и назначению правительства посредством полицейской власти» состоит из четырех глав - «Понятие народа и состояния государства», «О поддержании авторитета и его законов», «Об увеличении сил правительства посредством хороших финансов и вооруженных сил» и «Об увеличении сил государства посредством населения». Второй раздел «Способствование цели и назначению народа посредством полицейской власти», который ло объему в шесть раз больше первого, состоит из двух обширных частей - «О личных целях и назначении народа» и «О сохранении, увеличении и усовершенствовании внешних благ народа, или о материальных целях народа». В свою очередь, первая часть Івключает в себя введение и семь глав, где изложены такие вопросы - общественная забота о жизни и здоровье граждан, обеспечение свободы членам государства, защита чести граждан, пути усовершенствования та образования народа, общественная забота о нравственности и религии, вопросы повседневной жизни в обществе (в т.ч. институты культуры, развлечений и т.д.) и, наконец, роль и задачи института полиции по сохранению общественного порядка в государстве. Во второй части, состоящей из введениями восьми глав, Якоб рассматривает принципы общественной и частной собственности, задачи государства в отношении гарантии и сохранения этих .видов собственности, место и роль ремесел и промышленности в государстве, вопросы оборота товаров и торговли и, наконец, шаги относительно решения проблемы бедности в государстве, чему посвящена последняя глава - «Об общественной заботе о бедных» (объемом в пятьдесят страниц).

3. Полиция как средство осуществления назначения и цели государства Якоб изначально исходит из того, что для предмета своих рассуждений, а именно государства, необходимо определить понятие цели и назначения государства, а после этого уже обратиться к принципам и средствам, с помощью которых можно их реализовать. К таким средствам он относит и полицию. Именно поэтому Якоб строит следующий план своей работы - развитие понятия цели и назначения государства, далее определение средств для достижения этой цели, и, наконец, понятие и сфера полиции как одного из средств достижения такой цели.

Итак, есть определенные цели, которые каждый отдельный человек или группа, объединение людей не могут достичь самостоятельно, изолированно от других людей. Этот факт и является основной причиной создания государства, понятие которого Якоб определяет так: «Теперь, объединение всех жителей одной страны для достижения их совместных целей посредством высшей власти называется государством» (там же, 14). Однако не все цели людей могут становиться одновременно целью государства. Для этого они должны иметь определенные признаки, в том числе то, что цель должна быть действительно общей, то есть, чтобы ее хотели все члены государства, исходя из разума. Далее, государство для реализации этой цели должно иметь в своем распоряжении достаточно средств, а сами средства должны быть разумными, т.е. не должны противоречить главной цели и назначению государства, которое заключается в следующем: «Таким образом, создание, сохранение и усовершенствование правового состояния должно быть наивысшим и главным назначением каждого объединения граждан и каждого государства» (там же, 15) Сам институт государства Якоб рассматривает как проявление единого разума. Подобно тому, как есть только один разум, так и государство есть одна единая власть, выполняющая триединую функцию - оно издает законы (законодательная), следит за их исполнением (исполнительная) и осуществляет судебный надзор (судебная). Границы этой государственной власти определены и ограничены самим назначением государства. При этом Якоб указывает на то, что здесь особая роль принадлежит моменту гласности в государстве. Так как основание государства восходит ко всеобщему и открытому согласию на это всех его членов, то и его деятельность, выражающаяся в государственной власти, должна также быть открытой и видимой для всех, т.е. оглашаться народу.

После этого автор переходит к рассмотрению общественных средств, в которых выражается государственная власть и которые способствуют достижению назначения государства. Таковыми средствами являются, во-первых, законы как законодательная сфера власти и, во-вторых, учреждения как исполнительная сфера власти. В свою очередь, законы подразделяются на три группы: 1) юридические законы, т.е законы, касающиеся определения, выполнения и гарантии права, 2) полицейские законы или полицейские распоряжения, т.е относящиеся к способу и виду контроля за действиями членов государства, направленными на достижение всеобщей цели государства и, наконец, 3) финансовые законы, т.е. затрагивающие способ управления государства всеми имеющимися у него средствами с целью выполнения своего назначения. Кроме того, Якоб упоминает отдельно еще уголовные законы, которые могут касаться всех остальных видов законов. Но поскольку уголовные законы имеют прямое отношение к сфере гарантии прав всех и каждого, то в конечном итоге их следует причислить к юридическим законам. В этом отношении указанным трем видам законов соответствуют три вида общественных учреждений, которые обязаны способствовать исполнению этих законов, - юридические, полицейские и финансовые учреждения.

Полицейские учреждения предназначены для контроля за исполнением полицейских законов и должны способствовать, таким образом, достижению Цели и назначения государства. Именно это и является предметом института полиции. Однако это назначение подразделяется на назначение правительства и назначение народа. С одной стороны, назначение и вытекающие из него задачи правительства должны, конечно, согласовываться с народом, но эти задачи, в первую очередь, - воля самого правительства. К задачам правительства Якоб относит четыре: 1) точное знание сил и потенциала государства, 2) поддержание своего авторитета и следование законам, 3) поддержание и увеличение сил и потенциала государства с помощью хорошо функционирующих финансов и армии, и 4) повышение потенциала и сил государства через увеличение численности населения. С другой стороны, правительство должно одобрять и желать достижения назначения народа и выполнения задач народа в той мере, в какой они вписываются в назначение государства. Хотя реализация этих задач - это, главным образом, дело самого народа, правительство все же обязано оказывать помощь тогда, когда у народа не хватает сил на их выполнение. Задачами народа являются следующие: 1) поддержание правового состояния в государстве, а также 2) сохранение и увеличение всех благ, которые в свою очередь должны быть направлены на повышение нравственности и благосостояния народа в рамках закона. Деятельность полиции и полицейских учреждений, которая должна способствовать выполнению вышеназванных задач и достижению назначения народа и правительства, зависит от степени развития государства и, следовательно, от общего материального, культурного и политического уровня отдельных граждан и всего народа в данном государстве. Исходя из этого, Якоб отмечает, что полицейские законы не могут быть постоянными на все времена и одинаковыми во всех государствах. Это обусловлено тем, что «...один народ может нуждаться в совсем иных полицейских законах и предписаниях, чем другой; и то, что в одно время может быть излишним и даже вредным, в иное - очень даже полезным и необходимым. Поэтому, полицейские законы по своей природе подлежат изменениям, и могут в различных странах быть как различными, так и одинаковыми» (там же, 24) Якоб, однако подчеркивает, что хотя эти законы могут изменяться по своей форме, но их суть и принципы остаются всегда неизменными. Таких принципов, которые составляют «дух полицейского законодательства» и которые ограничивают деятельность полиции и ставят ее в рамки, определенные правом и законом, пять. Первый, вытекающий из высшего и главнейшего назначения государства - сохранения справедливости и поддержания правового состояния в обществе, звучит так: «Ни цели, ни средства полиции не должны нарушать право общества или его отдельного члена» (там же, 25) Второй ограничительный принцип полицейского законодательства («Все полицейские предписания и мероприятия должны согласовываться с принципами морали и достоинства. » (там же) соприкасается со сферой морили, поскольку назначение и цель государства, а поэтому и деятельность полиции как 'одного из средств для их достижения, не должна выходить за ее рамки: Поскольку каждый человек в государстве имеет право на развитие и укрепление своих способностей, то этот процесс должен происходить свободно, без излишнего давления со стороны государства и его учреждений. При этом есть некоторые общие назначения, которые достичь может только каждый отдельный индивидуум своей деятельностью; к ним относятся нравственное поведение и истинная добродетель. В этом отношении аспект свободы и самостоятельной осознанной деятельности граждан имеет приоритет перед остальными, с чем связан третий принцип: «Полиция должна посредством общественных средств содействовать только тем общим целям, которые либо невозможно достичь одними лишь свободными частными усилиями, либо невозможно достичь на достаточном уровне» (там же). Далее, обостряя важность принципов, ограничивающих деятельность полиции, казалось бы ярко выраженный рационалист Якоб неожиданным образом апеллирует к провидению и судьбе - вот как звучит его четвертый принцип: «Достижение общественной и общей цели следует лучше оставить ее судьбе, если этому не могут содействовать никакие иные общественные средства, кроме тех, которые слишком сильно будут ограничивать свободу отдельного лица, так что из-за этого ограничения общество или отдельное лицо потеряет большее благо, нежели общество таким путем смогло бы приобрести его» (там же, 25-26). Наконец, пятый принцип, касающийся, с одной стороны, авторитета и более эффективной работы самой полиции, а с другой - соблюдения справедливости и правозаконности в государстве, состоит в следующем: «Так, полиция никогда не должна издавать такие распоряжения, исполнение которых она не может контролировать, не нарушая основоположений, которые были установлены до сих пор» (там же, 26).

Суммируя в завершение позицию Якоба относительно роли полиции в государстве, следует подчеркнуть следующее. В своей общегосударственной концепции автор уделяет очень важное внимание институту полиции, как одному из важнейших средств по поддержанию правопорядка в государстве. При этом ключевым является вышеназванный четвертый принцип деятельности полиции, который (быть может, слегка утрированно) в концентрированном виде представляет все пять остальных: полицейские законы и деятельность полицейских учреждений, как их выражение, есть всего лишь средство, причем одно из нескольких, которое обязано содействовать исполнению назначения и достижению цели государства; а границы деятельности этого средства заканчиваются там, где начинается моральная, т.е. разумная свобода любого индивидуума государства, или иными словами, свобода, провозглашаемая (и одновременно ограничиваемая!) знаменитым категорическим императивом.



Головна сторінка  |  Література  |  Періодичні видання  |  Побажання
Розміщення реклами |  Про бібліотеку


Счетчики


Copyright (c) 2007
Copyright (c) 2022