ЕЛЕКТРОННА БІБЛІОТЕКА ЮРИДИЧНОЇ ЛІТЕРАТУРИ
 

Реклама


Пошук по сайту
Пошук по назві
книги або статті:




Замовити роботу
Замовити роботу

Від партнерів

Новостi



Алфавитный указатель по авторам книг

> Книги по рубрикам >
Книги > К > ОРГАНИЗОВАННАЯ РЕСТУПНОСТЬ: УГОЛОВНО-ПРАВОВЫЕ И КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ - Калининград, 1999,

Алфавiт по авторам :
| 1 | 2 | 6 | 8 | А | Б | В | Г | Д | Е | Ж | З | И | К | Л | М | Н | О | П | Р | С | Т | У | Ф | Х | Ц | Ч | Ш | Щ | Э | Ю | Я |


ОРГАНИЗОВАННАЯ РЕСТУПНОСТЬ: УГОЛОВНО-ПРАВОВЫЕ И КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ - Калининград, 1999,

ПРОБЛЕМЫ ПОНЯТИЙ И КВАЛИФИКАЦИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СОВЕРШЕННЫХ ПРЕСТУПНЫМ СООБЩЕСТВОМ (ПРЕСТУПНОЙ ОРГАНИЗАЦИЕЙ) ПО РОССИЙСКОМУ УГОЛОВНОМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ (Ю.И. Сучков, В.И. Фалеев)


Социальные катаклизмы, произошедшие и еще происходя­щие в Российской Федерации после развала Союза ССР, разрушили ее экономический потенциал, породили массовую безработицу, обнища­ние и социальное расслоение большей части населения и, как след­ствие, вызвали не только резкий рост общей преступности, но и ее новую форму - организованную преступность, ранее практически не имевшую почвы для существования в нашем обществе.

В настоящее время организованная преступность в ее но­вом облике приняла столь грандиозные масштабы, что стала представ­лять угрозу национальной безопасности России и, более того, вышла на международную арену.

В связи с этим, перед государством в лице ее законода­тельных, исполнительных и правоохранительных органов встала важ­нейшая задача - не допустить дальнейшего разрастания преступнос­ти и, в первую очередь, организованной; удержать ее на максималь­но низком уровне, не угрожающем жизненно важным устоям России.

На решение этой задачи, наряду с главными мерами эко­номического и политического характера, нацелено и новое уголовное законодательство, в частности, Уголовный кодекс Российской Феде­рации, вступивший в действие с 1 января 1997 года.

Указанный нормативный акт, предусматривающий четыре формы соучастия в совершении преступлений, в двух случаях устано­вил уголовную ответственность за их организованное исполнение:

1. организованной группой и 2. преступным сообществом (преступной организацией).

Организованной группой Уголовный кодекс РФ признает ус­тойчивую группу лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений (ч.3 ст. 35 УК РФ).

Понятие преступного сообщества (преступной организации) сформулировано - как сплоченная организованная группа (организация) либо объединение таких организованных групп, созданные для совершения тяжких или особо тяжких преступлений.

Мы разделяем высказанную в юридической литературе точку зрения о том, что не может, например, служить разграничительным признаком между понятиями - "организованная группа" и "преступное сообщество" термин - "сплоченность" , так как он присущ не только вышеназванным формам соучастия, но и группе с предварительным сго­вором. В то же время мы не можем согласиться и с мнением, что за­конодательное определение преступного сообщества (преступной организации) дает возможность отграничить ее от организованной группы только по количественному признаку как совокупности, объединения нескольких организованных групп[1].

Если исходить из содержания части 4 статьи 35 УК РФ, то преступное сообщество (преступная организация) отличается от орга­низованной группы (часть 3 ст. 35 УК) тремя признаками: 1. сплоченностью, т.е. большей дисциплинированностью, строгим порядком и планомерностью в выполнении преступного замысла по сравнению с ор­ганизованной группой; либо 2. наличием в составе преступного сооб­щества (преступной организации) нескольких объединенных организо­ванных групп и 3. установлением четко определенной цели, направ­ленной на совершение тяжких или особо тяжких преступлений, предус­мотренных Особенной частью Уголовного кодекса РФ.

При этом только обязательное сочетание первого или второго признака с третьим дает основание считать объединение субъектов преступления преступным сообществом (преступной организацией). Так, какой бы устойчивой и сплоченной не была организованная груп­па или объединение организованных групп, их нельзя считать прес­тупным сообществом (преступной организацией), если в процессе след­ствия и суда не будет доказано, что их организаторы, руководители, а также члены преследовали цель совершения именно тяжких или особо тяжких преступлений. В то же время преступным сообществом (прес­тупной организацией) не может быть признана группа с предварительным сговором, члены которой предварительно договорились о совер­шении тяжкого или особо тяжкого преступления и выполнили свое прес­тупное намерение. Более того, преступным сообществом (преступной организацией) не может быть признана и устойчивая сплоченная груп­па или объединение таких групп, если они были созданы для соверше­ния только одного хотя бы и тяжкого или особо тяжкого преступле­ния[2].

Таким образом, главным отличительным признаком преступного сообщества (преступной организации), наряду с его устойчивостью, сплоченностью, сложной структурой построения и взаимоотношений между соучастниками, является строго очерченная цель - обязатель­нее совершение не одного, а неопределенно большого количества тяжких или особо тяжких преступлений на протяжении длительного времени, то есть превращение преступной деятельности в профессиональ­ную работу, в постоянный образ жизни и, как правило, в основной источник дохода.

Исходя из того, что преступное сообщество (преступная орга­низация) создается и действует на профессиональной основе и может состоять из нескольких организованных групп различной преступной специализации, а также из организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп, объединившихся с целью разра­ботки планов и условий для совершения тяжких и особо тяжких прес­туплений, то диапазон его деятельности может выходить за рамки од­норазовой преступной направленности (ст. 210 УК РФ). Такое преступ­ное сообщество в целом может совершать кражи, мошенничество, вымо­гательство, разбойные нападения, захват заложников, если эти деяния были направлены на выполнение единого для всех его членов преступного замысла, например, извлечения наживы. При этом, наряду с тяжкими и особо тяжкими преступлениями, преступным сообществом для достижения основной цели могут быть совершены преступления и менее опасных категорий.

Организаторы, руководители преступного сообщества или его структурных подразделений и другие представители организованных групп, вошедших в преступное сообщество, либо объединившиеся для разработки планов сообщества и создания условий для его деятельности, несут ответственность как за вышеперечисленные действия, так и за всю совокупность совершенных сообществом преступных деяний, ко­торые входили в общий замысел указанных субъектов.

Члены преступного сообщества или входящих в него струк­турных подразделений могут быть и не осведомлены о подробностях общего плана деятельности сообщества, но должны осознавать, что входят в структуры такого сообщества и желают принять участие в его преступной деятельности.

Определяя понятие "преступное сообщество", законодатель отождествил его с понятием - "преступная организация", которое в части 4 статьи 35 и в статье 210 УК РФ заключено в скобки, что в русском языке означает знак препинания для выделения отдельных слов или частей предложения, содержащих пояснения к основному тексту или понятию[3].

На наш взгляд, в подобном толковании понятия "преступное сообщество" нет никакой ни научной, ни практической необходимости, да и само это толкование с научной точки зрения далеко не безупреч­но. Дело в том, что под термином "организация" в общепринятом смыс­ле понимается государственное или общественное учреждение, ведаю­щее какой-либо отраслью работы, в то время как под "сообществом" в том же смысле принято считать объединение людей, имеющих общие цели (преимущественно дурные, преступные)[4].

Поэтому по своей сущности словосочетание "преступное сообще­ство" настолько очевидно, что не нуждается ни в каком дополнительном пояснении и его сопоставление с "преступной организацией" лишь по­рождает различные толкования этих понятий в теории и разнобой в оценке их сущности в практике правоохранительных органов.

В этой связи считаем целесообразным в целях единообразного толкования понятия "преступное сообщество" в теории и в практике, в законодательном порядке отказаться от его отождествления с поня­тием - "преступная организация" и изъять последнее из текста час­тей 4, 5 и 7 статьи 35  и частей 1 и 2 статьи 210 УК Российской Федерации.

Исходя из содержания части 4 статьи 35 и статьи 210 УК следует признать, что наиболее опасной формой соучастия и, сле­довательно, наивысшим видом организованной преступной деятельности является "преступное сообщество".

Однако Особенной частью УК РФ 1996 года предусмотрены две формы соучастия - незаконное вооруженное формирование (ст. 208 УК) и банда (ст. 209 УК), которые формально подпадают под признаки прес­тупного сообщества или организованной группы, но представляют собой самостоятельные формы соучастия и составы преступлений.

Так, ст. 208 УК РФ предусмотрена ответственность за созда­ние незаконного вооруженного формирования (объединения, отряда, дру­жины или иной группы). Словосочетание "вооруженное формирование" и его синонимы - "отряд", "дружина" соответствуют понятиям: "воинская часть" либо "специализированная войсковая группа" и представляет собой совокупность определенного количества людей, объединенных для совместного выполнения возложенных на него задач. Для вооруженного формирования характерны сложная организационная структура, подчи­ненность и подконтрольность нижестоящих звеньев и лиц вышестоящим, строгая дисциплина, вооруженность любыми видами оружия, предназна­ченными для поражения живой и иной цели[5].

Но поскольку статья 208 УК РФ предусматривает ответствен­ность только за создание незаконного вооруженного формирования или за участие в нем, в случае совершения таким формированием нападений на граждан или на организации, указанные действия автоматически пе­рерастают в бандитизм, предусмотренный статьей 209 УК РФ, в связи с чем подобные деяния должны квалифицироваться по совокупности ста­тей 208 и 209 УК РФ.

В то же время банда, сформулированная в статье 209 УК как устойчивая вооруженная группа, создаваемая для нападений на граж­дан или на организации, подпадает под признаки организованной груп­пы, предусмотренной частью 3 статьи 35 УК РФ, и отличается от пос­ледней лишь признаком обязательной вооруженности.

Однако банда по своей характеристике не является и преступ­ным сообществом.

Ни устойчивость, ни вооруженность не дает оснований для отнесения банды к преступному сообществу, так как эта форма соучас­тия не обладает еще одним обязательным для последнего признаком -сплоченностью, которая обычно предполагает "... наличие в преступ­ной организации сложных организационно-иерархических связей, тща­тельной конспирации, наличие в обороте значительных денежных средств, установление связей с правоохранительными органами (коррум­пированность), наличие системы защитных мер (внутренняя контрразведка), наличие охранников, боевиков и наемных убийц"[6].

Эта характеристика преступного сообщества, как правило, не свойственна банде, понятию которой Пленум Верховного Суда РФ дал толкование как устойчивой организованной группе из двух или более лиц, предварительно объединившихся для совершения одного или нес­кольких нападений на граждан и организации, обладающей стабиль­ностью ее состава и организационных структур, постоянством форм и методов преступной деятельности[7].

Указанное толкование Пленума Верховного Суда РФ дает осно­вание считать, что банда, являясь устойчивой организованной груп­пой, может быть одним из структурных подразделений преступного сообщества, которое, в свою очередь, "... как правило, предпола­гает вооруженность соответствующей преступной организации новей­шими видами оружия, в том числе и зарубежного производства"[8].

Казалось бы, что при подобной ситуации ответственность дол­жна наступать для организаторов и руководителей такого сообщест­ва по части 1 статьи 210 УК, а для иных участников - по части 2 статьи 210 УК Российской Федерации.

Но законодатель установил за создание банды и участие в ней более строгие меры наказания (ст.  209 УК), чем за создание преступного сообщества и участие в нем и, таким образом, фактичес­ки придал банде больший общественно опасный характер по сравнению с преступным сообществом.

Следовательно, в случаях вооруженных нападений на граждан или организации, совершенных членами преступного сообщества, пос­ледние в зависимости от характера и степени участия в этих прес­туплениях должны нести ответственность по ч.ч. 1, 2  или 3 ст. 210 УК РФ и по ч.ч. 1,2 или 3 ст. 209 УК РФ. Причем, квалификация по ст. 210 УК РФ осуществляется для того, чтобы констатировать, что вооруженные нападения на граждан или организации осуществлялись высшей и наиболее опасной формой соучастия - преступным сообществом, обеспечить суду возможность дать объективную оценку степени общественной опасности такой форме соучастия и вынести приговор в соответствии с требованиями, предусмотренными ч. З и ч. 4 ст. 69 УК РФ о назначении наказаний по совокупности преступлений путем сложения, поскольку суд вправе выйти за пределы санкции статьи УК, предусматривающей более строгое наказание.

Еще большие трудности в квалификации деятельности преступ­ного сообщества возникают при совершении им других тяжких или особо тяжких и иных преступлений.

Если совершение преступлений организованной группой (ч. 3 ст. 35 УК РФ) прямо предусмотрено в 69-ти статьях Особенной части Уголовного кодекса РФ, то ответственности за преступления, со­вершенных преступным сообществом, посвящена одна лишь статья 210 УК РФ, да и то только за создание и участие в таком сообществе. Поэтому совершение преступным сообществом любого тяжкого или осо­бо тяжкого преступления требует квалификации содеянного по сово­купности ч.ч. 1-3 ст. 210 УК РФ за создание такого сообщества, ру­ководство им или его структурными подразделениями, либо входящим в него объединением, организаторов, руководителей или иных пред­ставителей организованных групп, а также за участие в этом сооб­ществе и за все преступления, совершенные преступным сообщест­вом, которые охватывались умыслом руководителей, а для других участников - за все деяния, в подготовке или совершении которых они принимали участие.

Например, совершение преступным сообществом контрабанды нар­котических средств требует квалификации содеянного по совокупнос­ти' ч.ч. 1, 2 или 3 ст.и 210 УК РФ (создание преступного сообщества или участие в нем) и по той или иной части статьи 188 УК РФ (кон­трабанда), предусматривающих наказание свыше пяти лет лишения свободы. Однако в конструкции диспозиции статьи 188 УК РФ, в ко­торой в каждой части указываются конкретные квалифицирующие при­знаки, для контрабанды, совершенной преступным сообществом, не остается места.

Формально ответственность в приведенном случае должна насту­пать по ч.ч. 1, 2 или 3 ст. 210 и по ч.2 ст. 188 УК РФ, предусматри­вающей ответственность за контрабанду наркотических средств. Но такая квалификация с научной точки зрения невозможна, так как те же деяния предусмотрены ч.4 ст. 188 за контрабанду, совершен­ную организованной группой, которая по сравнению с преступным сообществом является менее общественно опасной формой соучастия.

Таким образом, у суда в подобной ситуации не окажется даже формальных оснований для правильного определения размера наказа­ния виновным по ст. 188 УК РФ с учетом повышенной степени общест­венной опасности контрабанды, совершенной преступным сообществом.

Не решит этой проблемы и возможность для суда в соответ­ствии с ч. 3 ст. 69 УК определить окончательное наказание по сово­купности преступлений путем сложения, так как все равно будет на­рушен принцип справедливости, установленный статьей 6 УК РФ, пред­писывающий судам назначать меру наказания лицам, совершившим пре­ступления, соответствующую характеру и степени общественной опас­ности содеянного, обстоятельствам его совершения и личности ви­новных отдельно за каждое совершенное преступление.

Такое же положение складывается и по всем остальным соста­вам тяжких и особо тяжких преступлений, предусмотренных  соответствующими статьями Особенной части Уголовного кодекса РФ.

Представляется, что решение этой проблемы возможно, если в будущем в законодательном порядке в диспозиции статей Особен­ной части Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматри­вающим ответственность за тяжкие и особо тяжкие преступления, в качестве квалифицирующего признака, наряду с “организованной груп­пой”, будет отдельно дополнительно включен квалифицирующий признак - совершение указанных видов преступлений преступным сообществом.



[1] См. "Сплоченный" - дружный, единодушный, организованный. С.И. Ожегов Словарь русского языка. М., 1953. С.699; См. Миненок  Д.М. Формы соучастия в новом Уголовном кодексе России. Сб. науч. тр. Калининградского ун-та. Калининград, 1998. С.13.

[2] В настоящей статье намеренно не исследуется внутренняя структура преступного сообщества и взаимоотношения его участников, так как этот аспект довольно подробно исследован в опубликованных в юриди­ческой литературе работах и не является определяющим в квалифика­ции преступления. При исследовании затронутых в данной статье воп­росов мы исходили из положения о доказанности создания или деятель­ности преступного сообщества (преступной организации).

 

[3] См.: Советский энциклопедический словарь. М., 1982. С. 1230.

[4] См.: С.И. Ожегов. Словарь русского языка. М., 1953. С. 410, 690.

[5] См. Ст. 1 Закона "Об оружии". 1993. Рос. газ. 1993. 15 июн.

[6] См. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Наумова. М., 1997. С.124-125.

[7] См. Постановление Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практи­ке по делам о бандитизме" от 21 декабря 1993 г. №9. Бюлл. ВС РФ. 1994. №3.

[8] См. вышеуказанный Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. С.504-505.

 



Головна сторінка  |  Література  |  Періодичні видання  |  Побажання
Розміщення реклами |  Про бібліотеку


Счетчики


Copyright (c) 2007
Copyright (c) 2022