ЕЛЕКТРОННА БІБЛІОТЕКА ЮРИДИЧНОЇ ЛІТЕРАТУРИ
 

Реклама


Пошук по сайту
Пошук по назві
книги або статті:




Замовити роботу
Замовити роботу

Від партнерів

Новостi



Алфавитный указатель по авторам книг

> Книги по рубрикам >
Книги > К > Криминология: Учебник - Кудрявцева В.Н., Москва, 1997 ,

Алфавiт по авторам :
| 1 | 2 | 6 | 8 | А | Б | В | Г | Д | Е | Ж | З | И | К | Л | М | Н | О | П | Р | С | Т | У | Ф | Х | Ц | Ч | Ш | Щ | Э | Ю | Я |


Криминология: Учебник - Кудрявцева В.Н., Москва, 1997 ,

ВВЕДЕНИЕ


Наука криминология среди других общественных наук и юридических, в частности, сравнительно молода. Отсчет ее жизни начинается примерно со второй половины прошлого века. Преступность как явление всегда интересовала не только специалистов разных направлений, но и всех людей. Человечество жило и живет в страхе перед преступностью и столько, сколько оно существует, искало и ищет методы и средства борьбы с ней. Нельзя сказать, что ученые не уделяли внимания исследованию преступности. Раздумья о том, что же это за феномен, кто такие преступники, почему они совершают преступления, можно найти в трудах многих ученых: философов, историков, правоведов с древнейших времен. К ним присоединялись и ученые других специальностей. Больше всего, пожалуй, медики, особенно психиатры, и психологи.

Каждый ученый видел проблему преступности и преступника соответственно своей специальности и создавал “свою” теорию о ней, ее причинах, о людях, совершавших преступления. Постепенно складывалась картина преступности. Ее осмыслению помогали и писатели, в произведениях которых присутствовали тема преступности и рассуждения о причинах этого явления, а также о лицах, совершающих преступления. Характерно, что хотя все: и ученые, и писатели, и практики – сыщики, судьи, прокуроры, адвокаты, полицейские – считали (и считают) преступность злом, в художественной литературе можно встретить немало благородных преступников, хотя и совершающих преступления, но оправдываемые авторами и соответственно читателями, сочувствующими этим благородным преступникам.

В литературе (в жизни, в социальном бытии людей) существует и иное, когда совершаемые преступления, например, убийства, незаконное обращение с людьми и многое другое, не считаются преступлениями, а точнее, не влекут наказания за них, поскольку эти деяния совершаются политиками и власть имущими в борьбе за эту власть и в статистику преступности не входят. Такие деяния осуждаются историей и то далеко не всегда, но еще реже юридически, и, как правило, слишком поздно, когда, кроме возбуждения общественного мнения и создания противостояния различных общественных сил, такие осуждения ничего не дают, ибо, к сожалению, уговаривая себя, что нужно извлекать уроки из тягостных страниц истории, люди в борьбе за власть совершают одни и те же злоупотребления и повторяют одни и те же ошибки.

Поэтому преступность имеет в определенных своих ипостасях не только общеуголовный, но и политический оттенок. Это надо иметь в виду, изучая преступность. Но криминология прежде всего – наука об общеуголовной преступности. И в учебнике речь пойдет именно о ней.

Постепенно человечество пришло к убеждению, что преступность как специфическое явление следует изучать специально, ибо для того, чтобы вести борьбу с преступностью, необходимо познать ее. Появились ученые, занявшиеся этой проблемой, постепенно сформировалась и наука, получившая название криминология. Начало ее пути было определено так, что теоретическое осмысление преступности отражало основную специальность того или иного ученого. Складывались конкретные направления (школы), ставившие перед собой задачи познания преступности с вполне определенных методологических позиций. Как всегда, увлеченность, приверженность ученых какой-либо идее, накладывали и накладывают отпечаток на осмысление любой проблемы, будь то общественные отношения, познание природы и естественнонаучные воззрения, развитие техники и т. д. Так стало и с осмыслением преступности. Причем, теоретическое в этой проблеме имело практический характер.

Анализ развития криминологической науки позволяет говорить о трех ее основных теоретических направлениях: социологическом, биокриминологическом и смешанном. В последнем усматривается либо эклектическое соединение социального и биологического, либо, что научно предпочтительнее при примате социального (личностные особенности человека), соединение биологического и физиологического, но не в качестве причин преступности, а в качестве условий, способствующих восприятию социальной программы. Нельзя при этом не отметить, что длительное время немалое число ученых рассматривало преступность как болезнь, и потому ею занимались психиатры. В недавнем прошлом в советской (и вообще марксистской) науке почти все эти тенденции (даже социологические) характеризовались довольно часто как ненаучные или, мягче, псевдонаучные, либо буржуазные, антимарксистские. Ныне, вероятно, период детской болезни “левизны” пережит. Памятуя, что все эти теории, разделяемые нами или нет, создавали ученые, видевшие проблему на том уровне развития науки, который был присущ тому или иному периоду, необходимо воздерживаться от навешивания ярлыков, ибо все, к чему наука пришла или приходит, есть результат деятельности и наших предшественников. Для науки критическое осмысление прошлого необходимо, но именно осмысление, а не ярлыковое отвержение, ибо есть теории, которые перспективны с точки зрения познания сущности того или иного явления, а есть теории, уводящие в сторону от истины и даже искажающие ее. Есть теории, без которых нет и не может быть практики, а есть теории ради теорий. Они интересны. Но надо знать их суть. Бывают и теории, приносящие вред человечеству: не все мыслители (и тем более практики) любят людей, есть и человеконенавистники. Это тоже надо иметь в виду.

Однако и среди тех, кто развивает мало приемлемые для человека идеи, которые нередко используют в своекорыстных целях реакционные политики, есть и заблуждающиеся или, во всяком случае, не думающие о том, что их идеи могут быть кем-то использованы во вред людям. Поэтому следует различать собственно теории и практику их применения. Мы уже не говорим о случаях превратного и извращенного толкования теорий! В теориях и практике борьбы с преступностью такое – не редкость.

При всем этом криминология – гуманистическая наука, ибо цели ее – познание преступности, тех, кто совершает преступление, уяснение причин этого отрицательного явления, выработка предупредительных мер, обращения с теми, кого само общество сделало преступниками.

Криминология в своем развитии прошла непростой путь. Еще более труден он был в нашей стране: от полного непризнания, отвержения, объявления лженаукой до признания в качестве теоретической основы как для законотворчества, так и для практики борьбы с преступностью. Лженаукой она была объявлена прежде всего потому, что говорила о наличии причин преступности в “самом совершенном” обществе, что в течение длительного времени квалифицировалось как клевета на социализм. И это при очевидном и кричащем противоречии: преступность не только росла, но становилась еще более высокой количественно и опасной качественно, а причин для этого, видите ли, не было. В то же время давно известно, что ни в природе, ни в обществе беспричинных явлений не бывает. Все дело заключалось в том, что преступность, ее состояние, формы и методы борьбы стали разменной монетой для политиков и идеологов, пытавшихся во всем, везде и всегда доказывать наличие преимуществ социализма, выдавая желаемое за действительное. Тем самым нанося непоправимый вред и теоретическому осмыслению проблем преступности, и практике борьбы с ней, научно разоружая и общество в целом, и правоохранительные органы в частности. Ученые, занимавшиеся криминологией, не были оставлены вниманием при “организационных” и других выводах.

Однако жизнь требовала своего и остановить осмысление преступности можно было лишь искусственно и на какое-то определенное время. В результате, после разгрома криминологии в конце 20-х – начале 30-х годов, в 60-е годы появилась настоятельная потребность в изучении преступности. Ученые (прежде всего специалисты в области уголовного права) стали обращаться к проблеме причин преступности в 50-х годах, а в 1963 г. был создан Всесоюзный институт по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности (ныне Институт проблем укрепления законности и правопорядка Прокуратуры России). Парадокс заключался в том, что официальная идеология продолжала утверждать, что причин преступности у нас нет и что она лишь пережиточное явление. Другие же официальные структуры поняли: необходим серьезный подход к проблеме и пошли на создание специального научного учреждения. В настоящем введении нет места для описания всех связанных с этим перипетий, нет места и для того, чтобы описать трудности, вставшие перед учеными, обязанными говорить правду. Скажем лишь, что они осторожно, но настойчиво, прибегая иногда к эзопову языку, шли к тому, чтобы в общественном сознании утвердилось, в частности, понимание того, что преступность – социальна, что она имеет свои причины, в том числе в социалистическом обществе, и что следует отказаться от поисков облегченных путей борьбы с этим злом. Результатом этих усилий явилось то, что в свое время из Программы КПСС исчезли такие “резолюционные” формулировки, как “в обществе, строящем коммунизм, не должно быть места правонарушениям и преступности”, или, что ближайшей задачей является “ликвидация преступности и всех причин, ее порождающих”. Однако это – огромная победа молодой науки, если учесть, в каких идеологических тисках она развивалась.

Не все, конечно, было гладко и просто. Те или иные идеи рождались в муках, спорах. Бывали и политические спекуляции, например, вокруг идеи о том, что преступность – закономерное для социализма явление. Однако истина пробивала себе дорогу. Увеличивалось и число занимавшихся проблемой преступности. Укреплялись связи с зарубежными криминологами. В результате можно констатировать, что отечественная криминология вступила в период зрелости, хотя ныне, в связи с кризисом социализма, экономической разрухой, острыми социальными и межнациональными конфликтами, политической борьбой за власть, многие проблемы преступности обострились, видятся по-иному. Вновь, как и раньше, требуется смелость от ученых, ибо политики, как правило, сокрушая своих антиподов, идеализировали ранее и идеализируют поныне свою политику, стремясь не показывать, какие издержки и беды приносит и может принести в будущем их политика (так было с идеализацией социализма, так есть, например, в связи с идеями о переходе к рыночным отношениям, которые, может быть, экономически принесут когда-нибудь пользу, но криминологически – и это показывает опыт тех стран, где рыночная экономика функционирует давно и исправно, – она с такой же неизбежностью, как любая другая система, рождает преступность). Это надо осознать, а не отмахиваться от проблемы, разрабатывать меры контроля за преступностью, беря, кстати, на вооружение уже имеющийся в других странах опыт.

Криминология весьма практичная наука. Она дает в руки тех, кто этого хочет, и понимание проблемы преступности в целом, и понимание того, что общество может в борьбе с ней, какими средствами и методами оно обязано пользоваться, как заниматься законотворчеством с учетом состояния, характера, структуры преступности, какие меры в борьбе с преступностью первичны, какие вторичны, каково место правоохранительных органов в борьбе с преступностью, кто же такие преступники – какие-то отмеченные печатью Каина люди, или члены общества, поставленные самим обществом в положение изгоев, или это люди, которым общество дало многое, включая властные полномочия и они этим пользуются в преступных целях, что первично в борьбе с преступностью – закон и наказание или меры экономического, социального, воспитательного плана и т. п.

Криминология учит людей правильно “читать” уголовную статистику, а прочитав, делать практические выводы: где принять меры экономического характера, где усилить воспитательную работу, а где и в отношении каких видов преступности активизировать правоохранительную систему и с большей силой использовать меры уголовного наказания. Тот, кто овладел хотя бы азами криминологии, привык к тому, что можно назвать криминологическим мышлением, никогда не будет видеть проблему преступности в облегченном виде, поймет, что деятельность правоохранительных органов в борьбе с преступностью – это много, но далеко не все. Более того, он поймет, что сложнейшие социальные проблемы не могут решаться враз и с помощью усилий каких-то единичных ячеек государственного организма. Он поймет, что проблема борьбы с преступностью – это комплекс экономических, социальных, политических, воспитательных и правовых мер. Иное ведет к развалу. Кроме того, борьба с преступностью – это не одноразовые кампании по “ликвидации” преступности как таковой в целом, либо отдельных ее видов, не создание грандиозных “общегосударственных” планов, не объявление войны преступности и громких, но бесполезных лозунгов, а кропотливая повседневная работа всей системы государства и общества. Очевидно, что в обществе, раздираемом противоречиями, с разрушенными экономикой и нравственными ценностями, борьбой не слышащих друг друга политических антиподов, успехов в борьбе с преступностью (следствием этих процессов) с помощью заклинаний и самых суровых законов не добиться. История давно подтвердила это, хотя уроки ее усвоили далеко не все. Вот почему выводы криминологов о преступности и ее причинах, как бы они ни были неприятны и неудобны, для трезвых политиков – помощь в организации борьбы с преступностью. Ибо преступность – явление, присущее любой социально-политической системе. А правоохранительные органы она ориентирует на лучшую организацию работы, учитывающую состояние, динамику, структуру, характер преступности, ее территориальные различия, особенности видов преступности и лиц, совершающих преступления.

После этого введения в криминологию как науку приступим к характеристике ее составных частей, а также к углубленной характеристике явлений, ею изучаемых. Но предварительно сделаем еще несколько замечаний, касающихся системы учебника, порядка излагаемых в нем проблем, формы изложения.

В учебнике намеренно кратко излагается ряд теоретических вопросов, сопредельных с другими науками. Так, в меньшем, чем обычно объеме и “не рядом с основными”, в гл.III изложена теория причинности. Авторы полагают, что проблема причинности – общефилософская проблема и студенты должны ее освоить не по учебнику криминологии, а по специальной литературе.

Нет традиционной главы о методологии. Авторы полагают, что те положения, которые были связаны с “привязкой” всех проблем к марксистско-ленинской методологии, устарели, и студентам не следует диктовать жесткие схемы. Однако сам стиль изложения теоретических вопросов в учебнике дает основание изучающим криминологию понять, что авторы стоят на историко-материалистических позициях и используют для анализа преступности как сложного отрицательного социального явления диалектический метод, о чем кратко упоминается в разделе 9 гл.I.

Не сочли авторы нужным рассматривать специально и проблему соотношения социального и биологического в преступном поведении: она настолько обстоятельно изложена в предыдущих учебниках и опубликованных дискуссиях в различных изданиях, что нет надобности повторять сказанное, ибо, с точки зрения исследователей, для опровержения (или подтверждения) того, что уже сказано, новых аргументов нет. Позиция же авторов, суть которой заключается в том, что биологических причин преступности нет, но при анализе личности людей, совершающих преступления, нельзя не учитывать их личностные психологические свойства и физиологические особенности, достаточно четко выписана. Детали же этого сложного вопроса изучающий должен познать глубже с помощью специальной литературы, а не ограничиваться учебником.

В этой связи хотелось бы подчеркнуть, что авторы стремились создать учебник, который заставлял бы изучающего не искать ответы на вопросы только в учебнике, а понуждал бы чаще использовать специальную литературу. Школярство – не очень продуктивный путь к изучению столь непростой науки, как криминология.

Прежние издания учебников были для изучающих своего рода источником статистических данных о преступности. И это понятно: нигде, кроме учебников по криминологии, таких данных получить было нельзя. Сейчас статистика преступности печатается практически в полном объеме и в специальном сборнике, и в периодической печати, что избавляет авторов от обязательной ссылки на статистику. Они используют ее в той мере, в какой необходимо подкрепить какие-то идеи. Остальное изучающий может получить в полном объеме в специальных публикациях.

Иными словами, давая в учебнике все главное, из чего складывается, по мнению авторов, криминология как наука, а также характеризуя основные содержательные черты преступности как явления, авторы полагают, что, ознакомившись с изложенным, изучающий должен ощутить потребность в дальнейшем, более углубленном осмыслении проблемы преступности, поскольку его специализация неизбежно ведет к этому.

Следует также учитывать, что учебник создается в переходный период, когда разрушились государственные и общественные структуры, вследствие чего в разделе о предупреждении преступности излагаются имевшие место ранее и еще сохранившиеся кое-где формы и методы предупредительной работы государственных органов и общества. Однако изменение социальных отношений с неизбежностью вызывает на первых порах паралич старой системы (или недостаточную ее эффективность) и постепенное зарождение новых форм и методов профилактики преступности по мере стабилизации общественных отношений. Сегодня это “зарождение” лишь на уровне пожеланий, но не реальности.

 

И.И. Карпец




Головна сторінка  |  Література  |  Періодичні видання  |  Побажання
Розміщення реклами |  Про бібліотеку


Счетчики


Copyright (c) 2007
Copyright (c) 2022