ЕЛЕКТРОННА БІБЛІОТЕКА ЮРИДИЧНОЇ ЛІТЕРАТУРИ
 

Реклама


Пошук по сайту
Пошук по назві
книги або статті:




Замовити роботу
Замовити роботу

Від партнерів

Новостi



Книги по рубрикам

> алфавитний указатель по авторами книг >



3.3. Совокупности и системы признаков


Признаки как объект исследования рассматриваются криминалистикой не изолированно друг от друга, а во взаимосвязи и зависимости. Признаки любого объекта — человека, предмета, процесса — образуют систему, в рамках которой может быть выделена любая их совокупность, соответствующая функцио-нальному назначению такого подмножества. Эта совокупность может представлять собой подсистему, то есть организованное подмножество, если она обладает необходимыми для этого качествами, а может выступать именно как совокупность, группа признаков, объединяемых только функциональным назна-чением и не связанных на своем уровне с другими признаками иными, кроме функциональной, связями. Когда мы употребляем выражение “не связанные на своем уровне”, мы имеем в виду, что признаки, входящие в совокупность, непосредственно между собой не связаны, взаимно независимы, что связи их друг с другом носят опосредствованный характер либо через общее свойство, либо через общую систе-му свойств объекта. Взаимонезависимость признаков подразумевает такое “их взаимоотношение при котором наличие одного из них не обусловлено непременным наличием другого”[112]. Естественно, что совокупность таких признаков повышает, например, их идентификационную значимость, что неодно-кратно отмечалось в литературе[113].
Разумеется, — и мы считаем нужным подчеркнуть это еще раз — взаимонезависимость признаков следует понимать как отсутствие непосредственной взаимообусловленности, а не абсолютное отсутст-вие между ними всяких связей. А. А. Старченко совершенно прав, когда отмечает, что “каждый кон-кретный предмет и явление, обладая множеством качеств и свойств, представляет собой не случайную комбинацию признаков, не имеющих внутренней связи, а их определенное единство... Каким бы мало-значительным ни был тот или иной признак, его существование всегда обусловлено другими сторонами предмета. При этом как существенные, так и несущественные и случайные для данного предмета при-знаки никогда не возникают самопроизвольно, их изменение всегда предопределяется соответствую-щими изменениями других его свойств и качеств, а также изменением внешних условий его существо-вания”[114]. В этом плане представляется весьма важной проблема исследования корреляционных зависимостей между признаками, определение степени их интенсивности.
Корреляционная связь есть результат взаимодействия множества необходимых и случайных при-чин[115]. Для установления корреляционных зависимостей В. Я. Колдин[116] рекомендовал методы ис-следования происхождения свойств, структурные и статистические методы. Именно здесь открываются широкие перспективы для применения математических методов исследования в целях объективизации выводов криминалистической экспертизы.
От совокупности признаков следует отличать признаки совокупности. Понятие признаков совокуп-ности может иметь двоякий смысл. Это могут быть признаки, общие для всех объектов, составляющих данную совокупность, то есть по принятой терминологии — общие признаки. Это могут быть и призна-ки, характеризующие совокупность в целом и отсутствующие у входящих в нее элементов — признаки интегративного характера, возникающие именно у совокупности как таковой.

[112] Сегай М. Я. Методология судебной идентификации. Киев, 1970, с. 172.
[113] Сегай М. Я. Указ. соч.; Колдин В. Я. Идентификация и ее роль в установлении истины по уго-ловным делам. М., 1969; Кирсанов З. И. Математические методы исследования в криминалистике и другие работы.
[114] Старченко А. А. Роль аналогии в познании. М., 1961, сс. 8-9.
[115] Самойлов Л. Н. Корреляция как форма диалектической связи. — Вопросы философии, 1965, № 3.
[116] Колдин В. Я. Идентификация и ее роль в установлении истины по уголовным делам, с. 73.

При рассмотрении вопроса о совокупности признаков следует остановиться на проблеме “отрица-тельных” признаков. Эту проблему можно сформулировать примерно следующим образом: признак есть выражение свойства; может ли признак выражать отсутствующее свойство или, иными словами, может ли отсутствие свойства играть роль признака и этот, так сказать, “отрицательный” признак вхо-дить в совокупность признаков, выражающих существующие свойства?
И. М. Лузгин считал, что “в качестве признака может быть использовано как объективно сущест-вующее свойство (предмет, явление), так и отсутствующее свойство (предмет, явление), негативное об-стоятельство”[117]. В этом положении, как нам кажется, есть неточность. Мы уже отмечали, что нега-тивное обстоятельство это не только “обстоятельство отсутствия”, негативный характер могут иметь и наличествующие факты — предметы, явления, если они противоречат объективной картине события, то есть если они являются отрицательными фактами[118]. По точному смыслу понятия признака в послед-нем находит свое выражение лишь объективно существующее свойство. Но отрицательные факты — это объективно существующая реальность, ее выражение — это такие же признаки, которые гносеоло-гически не отличаются от иных и поэтому могут входить наравне с последними в любую функциональ-ную совокупность признаков. Таким образом, следует сделать вывод, что тезис И. М. Лузгина правилен, хотя и терминологически несколько неточен.
Совокупность признаков с точки зрения системного подхода может быть охарактеризована двояко. Если она выступает как система, то ее характеризует целостное единство при разнообразии отношений и связей элементов, ее составляющих, хотя это разнообразие, разумеется, ограничено.
Если совокупность признаков выступает как функциональное объединение (например, совокупность собственных и сопутствующих признаков внешности), то ее можно охарактеризовать как организацию, то есть как разнообразие отношений, связей и элементов множества при определенной целостности (различии организации и внешней среды). Степень упорядоченности совокупности признаков имеет не абстрактное, априорное, а сугубо конкретное значение. Это вопрос факта. В одном случае именно сис-темность признаков, их связь и взаимообусловленность, их детерминированность приобретают решаю-щее значение, как это можно проследить на примере признаков способа преступления. В другом случае, как это нередко бывает при розыске, на первый план сначала выступают отдельные признаки, затем часть их совокупности, а уже потом вся совокупность признаков, объединяемых функциональным на-значением. Именно с такой ситуацией мы сталкиваемся при практическом использовании розыскных таблиц, составленных по признакам почерка, при розыске по признакам внешности, при составлении синтетических портретов разыскиваемых лиц. Авторы, исследующие проблему розыска (людей, пред-метов, животных) по признакам, обычно обращают внимание на такую последовательность использо-вания признаков: сначала отдельных наиболее выраженных признаков, затем групп признаков, а потом уже максимально полной их совокупности[119]. Здесь следует, на наш взгляд, специально отметить, что криминалистическое учение о признаках составляет существенный элемент научных основ розыска, проблематика которого является общей как для криминалистической науки, так и для оперативно-розыскной деятельности.
Рассматривая содержание и организацию розыскных действий, П. Е. Титов[120] отмечал, что для ро-зыска лиц необходимы сведения о признаках внешности, привычках, склонностях и т. д., для розыска предметов — об отличительных признаках этих предметов. Об использовании в целях розыска призна-ков внешности, почерка, индивидуальных признаков разыскиваемых предметов писал Б. Е. Богда-нов[121], а С. П. Митричев и И. М. Лузгин[122] специально подчеркивали решающее для розыска значе-ние информации о признаках разыскиваемых объектов. Собирание такой информации, ее систематизация и использование — необходимые условия эффективного розыска, независимо от того, ведется ли он процессуальными или оперативно-розыскными средствами и методами.
[117] Лузгин И. М. Методологические проблемы расследования. М., 1973, с. 66.
[118] См. гл. 2 первого тома настоящего Курса.
[119] Снетков В. А. К вопросу об установлении личности и розыске скрывшихся преступников по чертам внешности. — Труды НИИМ МВД СССР, № 1. М., 1959; Пересункин А. Ю. Установление личности по признакам внешности. М., 1960; Комаринец Б. М. Признаки письменной речи и их значение для розыска и установления авторов документа. — Сборник работ по криминалистике, № 3. М., 1957; Винберг А. И., Моисеев А. П.. Криминалистическое исследование письма. ч. 1. М., 1956.
[120] Титов П. Е. Розыск. — В кн.: Криминалистика. М., 1958.
[121] Богданов Б. Е. Розыск. — В кн.: Криминалистика. М., 1971.
[122] Митричев С. П. Розыск. — В кн.: Криминалистика. М., 1973; Лузгин И. М. Тактические осно-вы взаимодействия следователей и оперативных органов. — В кн.: Криминалистика. М., 1976.



Головна сторінка  |  Література  |  Періодичні видання  |  Побажання
Розміщення реклами |  Про бібліотеку


Счетчики


Copyright (c) 2007
Copyright (c) 2018