ЕЛЕКТРОННА БІБЛІОТЕКА ЮРИДИЧНОЇ ЛІТЕРАТУРИ
 

Реклама


Пошук по сайту
Пошук по назві
книги або статті:




Замовити роботу
Замовити роботу

Від партнерів

Новостi



Книги по рубрикам

> алфавитний указатель по авторами книг >



3.2.4. Объектовые классификации признаков


Это наиболее разработанный и многочисленный вид классификаций. К нему относятся классификации признаков материальных объектов, навыков и процессов. С ним связаны и классификации признаков, принятые в науках, смежных с криминалистикой и используемые последней. По своему содержанию объектовые классификации не однотипны, обладают различной степенью детализации и унификации. Примером наиболее детальных объектовых классификаций являются классификации признаков человека и некоторых его навыков: признаков внешности, папиллярных узоров, зубов, почерка как проявления письменно-двигательного навыка, походки. Все эти классификации при единстве исходных посылок в виде, скажем, определенной общей объемной классификации существенно отличаются друг от друга по характеру и основаниям распределения классифицируемого материала.
Исторически наиболее ранними криминалистическими объектовыми классификациями признаков являются классификации признаков внешности и папиллярных узоров (конец XIX — начало XX вв.). В Советском Союзе эта проблематика наиболее плодотворно разрабатывалась применительно к признакам внешности Н. В. Терзиевым, В. А. Снетковым, А. Ю. Пересункиным[102], а в отношении папиллярных узоров — П. С. Семеновским, Г. Данилевским, Б. М. Комаринцем, Г. Л. Грановским, Г. А. Самойловым, Г. П. Давыдовым, А. П. Моисеевым, В. А. Андриановой и другими криминалистами[103].
По мере развития советского судебного почерковедения совершенствовалась система и классификация признаков почерка. В этой области наиболее значительными были исследования А. И. Винберга, С. И. Тихенко, А. А. Елисеева, В. Ф. Орловой, А. И. Манцветовой, Э. Б. Мельниковой, Л. Е. Ароцкера, П. Г. Кулагина и ряда других авторов[104].
Наиболее значимой для криминалистики классификацией признаков процессов, с нашей точки зрения, является классификация признаков способа совершения преступления. Здесь, пожалуй, как и в случае с общими функциональными классификациями признаков, точнее говорить о выделении определенного подмножества признаков, характеризующих тот или иной способ преступления как вид или его специфическую разновидность. Эта объектовая криминалистическая классификация признаков тесно соприкасается с соответствующими классификациями признаков в смежных с криминалистикой науках. Так, к признакам способа совершения преступления относятся содержание действия, его время, место, предмет посягательства и др. Эти признаки являются элементами уголовно-правовых классификаций признаков состава преступления, признаков объективной стороны преступления[105].
В другом случае, когда, например, идет речь о способе убийства, в криминалистической классификации признаков способа совершения преступления учитывается судебно-медицинская классификация признаков соответствующего вида насильственной смерти[106].
Объектовые классификации признаков, — как правило, качественные классификации, то есть распределение признаков по классификационным группам в них производится на основе качества признаков. Количественный критерий может выступать при этом как дополнительное основание классификации подобно тому, как это наблюдается в классификации признаков внешности человека. З. И. Кирсанов даже предложил для этой классификации понятия качественных и количественных призна

[102] Терзиев Н. В. Криминалистическое отождествление личности по признакам внешности. М., 1956; Пересункин А. Ю. Установление личности по признакам внешности. М., 1960;. Снетков В. А. Портретная криминалистическая экспертиза по фотокарточкам. М., 1971; Снетков В. А., Пересункин А. Ю., Порхомовский Я. Л. Отождествление личности по внешним признакам. — В кн.: Криминалистическая экспертиза, вып. 5, разд. 7. М., 1967.
[103] Семеновский П. С. Дактилоскопия как метод регистрации. М., 1923; Комаринец Б. М. Дактилоскопическая идентификация на расстоянии. М., 1937; Данилевский Г. Дактилоскопия. Киев, 1934; Давыдов Г. П. Основные положения дактилоскопической экспертизы. М., 1956; Моисеев А. П. Следы рук. М., 1957 и другие работы.
[104] Винберг А. И. Криминалистическая экспертиза письма. М., 1940; Тихенко С. И. Судово-графiчна експертиза рукописних текстiв. Київ, 1946; Елисеев А. А. О судебно-графической экспертизе. — Революционное право, 1939, № 17-18; Орлова В. Ф., Манцветова А. И., Мельникова Э. Б. Экспертиза почерка. М., 1961 и другие работы.
[105] Загородников Н. И. Советское уголовное право. М., 1976, гл. 5-7.
[106] Авдеев М. И. Курс судебной медицины. М., 1959, ч. 3.

ков. Качественным признаком он называет “выделяемое для целей идентификации определенное качественное состояние конкретной черты внешности отождествляемого человека”[107], а “количественные идентификационные признаки выражают такие особенности отождествляемого объекта, которые характеризуют его измеримость”[108]. В результате использования в классификации не только качественных, но и количественных признаков степень детализации классификации повышается, а ее практическая значимость увеличивается.
Среди объектовых классификаций признаков существует такая, в которой количественный критерий служит основанием для характеристики не единичного объекта, а целого класса объектов. Мы имеем в виду класс микрообъектов, роль которого в последние годы существенно возросла.
В практике микрообъекты по их морфологическим признакам обычно подразделяют на микроследы, микрочастицы и микроколичества вещества. По предложению Г. Л. Грановского к этому классу объектов относят такие, которые во всех трех измерениях не превышают 2 мм. Однако не все криминалисты признавали этот критерий. А. А. Кириченко посчитал, что “предложение Г. Л. Грановского об установлении нижнего предела размерных характеристик микрообъектов на уровне порога зрительного восприятия человека не имеет практического значения” и предложил другую градацию микрообъектов. По его мнению, “микрообъекты согласно их детальной видовой классификации могут выражаться в виде:
1) объектов, представляющих собой нечто единое целое (микротела);
2) отдельных частей объектов (микрочастицы);
3) объектов или их частей, не поддающихся в отдельности в силу их мизерных размерных характеристик микроскопическому морфологическому анализу и представляющих поэтому интерес для исследователя морфологическими и субстанциональными свойствами лишь их совокупностей (микровещества);
4) перечисленных объектов, включившихся в массу (структуру) их объекта-носителя, а поскольку их невозможно в силу этого механически разделить, то они изучаются как единое целое (микровключения);
5) материально-фиксированных отображений признаков внешнего строения следообразующего объекта, дающих возможность его идентификации (микроотображения) или
6) лишь диагностирования общего характера внешнего воздействия (микроотражения);
7) всех указанных объектов, изучаемых в качестве элементов или деталей иных материальных отображений, представленных единым объектом (микродетали)” [109] (курсив везде наш — Р. Б.).
Можно усомниться в практическом значении столь дробной классификации микрообъектов, тем более, что, например, микровключение может выступать в качестве микроотражения или микродетали, микроотображение и микроотражение различимы лишь в результате исследования, когда такое различение уже не имеет практического значения, и т. п.
Помимо приведенной классификации, А. А. Кириченко вводит и классификацию по размерным характеристикам микрообъектов: те из них, размерные характеристики которых позволяют непосредственно работать с ними при помощи внелабораторной увеличительной техники, именуются парамикрообъектами; если для работы с ними необходимы стационарные увеличительные средства, то это — ультрамикрообъекты; если же их невозможно увидеть даже в микроскоп, то это — субмикрообъекты. Эта классификация приводит автора к странному выводу: он считает, что вещественными доказательствами могут стать только объекты первой группы, а объекты второй и третьей групп следует признавать “микроматериальными доказательствами”[110] (курсив везде наш — Р. Б.). Остается загадкой, что это за “материальные доказательства”, тем более, что процессуальный закон такого термина не знает, и чем они отличаются в процессуальном смысле от вещественных доказательств, поскольку прилагательное “вещественные” — синоним термина “материальные”. Вообще следует заметить, что сложившаяся в трасологии система количественных и качественных признаков микрообъектов более проста и практически более удобна[111].

[107] Кирсанов З. И. Выделение и оценка количественных признаков в экспертизе фотопортретов. — В кн.: Правовая кибернетика. М., 1970, с. 265.
[108] Там же, с. 266.
[109] Кириченко А. А. Основы судебной микрологии. Автореф. дисс. ... докт. юрид. наук. Киев, 1994, с. 15.
[110] Там же, сс. 12-13.
[111] Майлис Н. П. Криминалистическая трасология как теория и система методов решения задач в различных видах экспертиз. Автореф. дисс. ... докт. юрид. наук. М., 1992, с. 28.


Головна сторінка  |  Література  |  Періодичні видання  |  Побажання
Розміщення реклами |  Про бібліотеку


Счетчики


Copyright (c) 2007
Copyright (c) 2018